Варвара Мягкова (фортепиано)

» Вернуться к событиям
Дата:
10 апреля 2022
Время:
17:00
Стоимость:
300 – 600 ₽
Возрастная категория:
Место:
Тольяттинская филармония
Телефон:
222-600
Адрес:
Победы, 42, Тольятти

Абонемент № 5 «Steinway-вечера»

ПОЭЗИЯ РОМАНТИЗМА
Лауреат Международного конкурса в Андорре (2002)

Варвара МЯГКОВА фортепиано

В программе:

1 отделение

  • Ф. Шуберт. Экспромт № 2 Ми-бемоль мажор; экспромт № 3 Соль-бемоль мажор, op. 90
  • Р. Шуман. Фантастические пьесы, op. 12 (четыре пьесы)
  • И. Брамс. Три интермеццо, op. 117

2 отделение

  • И. Брамс. Две рапсодии, ор. 79
  • Р. Шуман.  Крейслериана, ор. 16

Варвара Мягкова родилась в Москве. Окончила Специальную музыкальную школу им. Гнесиных по классу специального фортепиано у преподавателя Е. С. Пляшкевич. В 2004 году окончила Московскую государственную консерваторию им. П. И. Чайковского по классу специального фортепиано у профессора К.В. Кнорре.

Лауреат всесоюзного (1992) и Международного конкурса в Андорре (2002).

Создатель музыкальных проектов.

На протяжении ряда лет работала на радио и телевидении как концертмейстер Большого детского хора ВГТРК.

С 2000 года Варвара выступает в качестве солиста, концертмейстера и солиста ансамблей в лучших залах Москвы (МГК им. П. И. Чайковского, большой и малый залы МКЗ Зарядье , Московского дома музыки,  Филармонии) . Неоднократный участник концертных и просветительских поездок по городам России и Европы, постоянный участник концертной программы ВШЭ «Профессорские среды» в Москве, участник фестиваля Skola creu и  других музыкальных фестивалей.

Принимала участие в фестивале Бориса Березовского «Летние вечера в Елабуге», фестивалях «Возвращение» и Ars Longa в 2019 и 2020 гг.


 

«Никто не понимает горя другого и никто не понимает радости другого! Всегда думают, что идут друг к другу, а идут всегда только рядом друг с другом».Эти слова принадлежат великому венскому композитору-романтику Францу Шуберту (1797–1828). Богатство и тонкость музыкального языка композитора, равно как и загадочность его жизни и по сей день вызывают неугасающий интерес.

Несмотря на то, что первым инструментом Шуберта была скрипка, именно фортепианная музыка составила основу его творческого наследия. За свою жизнь Шуберт сочинил более 400 вальсов, менуэтов и других танцев для фортепиано. Музыкальных моментов и экспромтов в его творчестве меньше, однако каждая из этих пьес – настоящая жемчужина в сокровищнице романтических миниатюр.

Таковы его Экспромты соч. 90. Образ Экспромта № 2 напоминает perpetuum mobile (вечное движение), отчасти олицетворяющее бег времени и его скоротечность. Знаменитый Экспромт № 3 написан в исключительной по тем временам тональности Соль-бемоль мажор, имеющей редкую по красоте музыкальную краску. «Не ошибется тот, кто, услышав музыку Шуберта, будет считать его человеком, исполненным сердечной доброты и любви, – говорили о музыканте его друзья. – Он был человек, подобный ребенку. Доверчивый, откровенный, не способный на предательство. Его привязанность к друзьям и родным была столь же велика, как и их любовь к нему; брат не мог ждать лучшего брата, отец лучшего сына, и для каждого из друзей он был тем, чего только может желать друг».

Творчество Роберта Шумана (1810–1856) стало вершиной немецкой романтической музыки. Ему принадлежат открытия в области музыкальной формы, новаторские эксперименты синтеза музыки с другими видами искусства, а также возможность сочетания в творческом  мире фантастических, символических и реальных образов. «Величие Шумана заключается, с одной стороны, в богатстве его изобретательной способности, а с другой – в глубине выраженных им душевных настроений, в обнаруженный им, резко выделяющейся, индивидуальности», – говорил о композиторе Чайковский.

В фортепианной музыке Шумана нередко находили воплощение литературные образы и сюжеты. Так, в его Крейслериане и Фантастических пьесах отразились впечатления композитора от произведений Гофмана. Однако это отражение не внешнее (фабульное), а скорее психологическое. В обоих произведениях центральное место занимает образ главного героя – одинокого художника, непонятого окружающими и терзаемого внутренними сомнениями. Так, движения его души и игра воображения становится для Шумана более важными, чем внешняя событийная канва сюжета.  «Освещать жизнь человеческого сердца – вот истинное назначение художника», – говорил Шуман. И, действительно, его творчество стало настоящим подтверждением этих слов.

«Писать музыку не так уж трудно, труднее всего – зачеркивать лишние ноты», – говорил друг и ученик Шумана Иоганнес Брамс (1833–1897). Фортепианные сочинения Брамса традиционно служат как бы лакмусовой бумажкой для  «проверки» артистического мастерства пианистов, глубины их музыкальности. «Выполнить свое предназначение в трудах, сохранить веру, мечту, способность любить, ощущать вечную ценность и красоту природы, простых и глубоких человеческих чувств – вот суть жизненной задачи Брамса и главная тема его искусства», – говорят исследователи.

Музыка Брамса неотделима от вопросов свободы личности, ее нравственной стойкости и мужества. Об этом в частности свидетельствуют и его фортепианные интермеццо, баллады и другие пьесы соч. 116–118. Один современник однажды написал композитору после знакомства с ними: «Я вдвойне благодарю Вас за то, что Вы мне их прислали, и еще больше за то, что Вы их сочинили. Несказанно занимают меня пьесы, которые так сильно отличаются от всего, что Вы написали для фортепиано, и которые, может быть, являются самыми содержательными и глубокими из всех Ваших инструментальных форм, какие я знаю. Они предназначены для медленного высказывания в тишине и одиночестве не только как постлюдии, но и как прелюдии к размышлению, и я думаю, что правильно Вас понимаю, если полагаю, что Вы на что-то подобное хотели намекнуть названием “интермеццо”». Эти пьесы, созданные на закате музыкального романтизма и на закате жизни самого Брамса, вобрали в себя всю историю романтической инструментальной миниатюры, став живым воплощением лирики воспоминаний.